Хотя Первая мировая война стала для России историческим водоразделом, в историографии, да и в общественном сознании она ассоциируется в основном с событиями на Западном фронте. Этому способствовало, в частности, разделение российской истории начала XX века на дореволюционный и советский периоды. Цель данного сборника — включить в общеевропейский контекст механизмы усвоения, истолкования и переработки российского опыта Первой мировой войны и последовавших за ней событий. Их осмысление важно для ответа на вопрос, можно ли считать революцию 1917 года и Гражданскую войну вехами «особого пути» России или же они были следствием той кризисной ситуации, с которой столкнулись и другие воевавшие государства.
Двойственная оценка действий российской армии.
Если произвол, чинившийся регулярными частями царской армии в отношении польского населения, держался в определенных рамках, то казачьи полки неоднократно опускались до бесчинств и насилий. Особенно часто грабежи, изнасилования (в том числе массовые изнасилования) или убийства совершались неподалеку от линии фронта. Регулярные войска производили относительно благоприятное впечатление, вероятно, еще и в связи с тем, что в расквартированных в Галиции частях проходили службу польские офицеры, а российские офицеры нередко прекрасно владели польским языком. К тому же российские власти в тылу и на территориях, которые они считали частью России, отвечали за поддержание общественного порядка. Командование старалось пресечь военные преступления, в отдельных случаях даже применялась смертная казнь.
В результате военной кампании, которая стартовала под Горлице в мае 1915 года, российским захватчикам пришлось вывести войска из большинства районов Галиции. При отходе войск участились преступления насильственного характера против мирных граждан. Грабежи, воровство, поборы без возмещения, целенаправленная порча имущества, которым могла бы воспользоваться австро-венгерская армия, принудительное рытье окопов, а также угон заложников ухудшили репутацию царской империи. «Таким образом, русские сделали все возможное, чтобы на исходе своего пребывания в столице провинции оставить о себе как можно худшую память», — констатировал впоследствии Станислав Сроковский.
ОГЛАВЛЕНИЕ.
Катя Бруиш, Николаус Катцер. Введение.
СОЦИАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК И ВОЕННЫЙ ОПЫТ.
Петр Шлянта. «Братья-славяне» или «азиатские орды»? Польское население и российская оккупация Галиции в 1914—1915 годах.
Франциска Дэвис. Первая мировая война как испытание для империи: мусульмане на службе в царской армии.
Александр Зумпф. Инвалидность и экспертиза во время Первой мировой войны в России.
ПУБЛИЧНАЯ КОММУНИКАЦИЯ И ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ.
Юлия Александровна Жердева. Визуализация бедствия в изобразительной культуре Первой мировой войны (1914—1918).
Борис Иванович Колоницкий. Образ сестры милосердия в российской культуре эпохи Первой мировой войны.
Оксана Сергеевна Нагорная. Плен Первой мировой войны в советской художественной литературе: конфликт и консенсус индивидуальных переживаний.
НАСИЛИЕ И МЕСТНОЕ УПРАВЛЕНИЕ.
Олег Витальевич Будницкий. Происхождение еврейских погромов периода Гражданской войны в России.
Кристофер Билли. Украинская атаманщина: национализм и идеология в пространстве насилия после 1917 года.
Игорь Владимирович Нарский. Первая мировая и Гражданская войны как учебный процесс: Военизация жизненных миров в провинциальной России (Урал в 1914—1921 годах).
Список принятых сокращений.
Наши авторы.
Бесплатно скачать электронную книгу в удобном формате, смотреть и читать:
Скачать книгу Большая война России, Социальный порядок, публичная коммуникация и насилие на рубеже царской и советской эпох, Бруиш К., Катцер Н., 2014 - fileskachat.com, быстрое и бесплатное скачивание.
Скачать djvu
Ниже можно купить эту книгу, если она есть в продаже, и похожие книги по лучшей цене со скидкой с доставкой по всей России.Купить книги
Скачать - djvu - Яндекс.Диск.
Дата публикации:
Хештеги: #учебник по истории :: #история :: #Бруиш :: #Катцер
Смотрите также учебники, книги и учебные материалы:
Предыдущие статьи:
