Я типичный ученый исследователь, и вся моя научная жизнь посвящена изучению строения и биохимии человеческих тканей с последующим их использованием в качестве трансплантантов в глазной и пластической хирургии. Я не склонен к философии. Я плохо переношу общество людей, имеющих склонность к потусторонним мыслям, экстрасенсорике, колдовству и прочим странностям. Ежегодно делая 300—400 сложнейших операций, я привык оценивать результаты научных изысканий по конкретным ясным параметрам: остроте зрения, конфигурации лица и т. п. Более того, я продукт коммунистической страны, и, хотел я того или не хотел, я был воспитан на пропаганде атеизма и возвеличивании Ленина, хотя никогда искренне не верил в коммунистические идеалы. Религию я никогда не изучал.
В связи с этим я никогда не мог подумать, что когда-нибудь с научной точки зрения займусь проблемами мироздания, антропогенеза и философского осмысления религии.
